В пятом материале по лору вселенной Assassin’s Creed речь пойдёт об эпохе Просвещения и пиратов: от салемских процессов до Нового Орлеана.
Прежде чем двигаться дальше, коротко напомню, о чём было рассказано в прошлой части. Речь шла о возвращении Кодекса Альтаира в Венецию через разгром Ордена тамплиеров в начале XIV века, когда сожгли Жака де Моле, об истории Жанны д’Арк и большой саге Эцио Аудиторе. Эцио отомстил за семью, сломил Борджиа, оказался тем самым Пророком и под конец ушёл на покой. А рядом тихо тянулась линия Конса: Плащаница исцелила дитя Борджиа, Джованни, сделав его сосудом Ису, и в 1519 году тот привёз из Нового Света новый артефакт Первой Цивилизации, Хрустальный череп.
Отсюда нить и потянется дальше, в XVIII век, к эпохе Просвещения и пиратов, где Хрустальный череп ещё напомнит о себе.
Орден тамплиеров поддерживал науку и учёных, что привело к эпохе Просвещения в Европе. Правда, двигал тамплиерами не альтруизм: они не столько защищали учёных, сколько ставили себе на службу их труды. Так, открытия Исаака Ньютона, жившего на рубеже XVII–XVIII веков, Орден использовал в своих интересах. Под его негласным присмотром интеллектуальное движение направляли к Новому Мировому Порядку.
В 1692 году тамплиеры и ассасины проведали, что в городке Салем объявилась ещё одна Частица Эдема, и оба ордена начали его поиски. Скоро стало ясно, что это не артефакт, а девушка по имени Дороти Осборн, в сознании которой пребывал Ису. И снова это был Конс. Сама «охота на ведьм в Салеме», в которой погибло больше двух десятков ни в чём не повинных людей, и была тамплиерской операцией: на узниках ставили опыты, пытаясь воспроизвести дар Дороти и получить собственных оракулов. Долго на этом задерживаться не будем, важно одно: Дороти была под сильным влиянием Конса, и когда обе стороны оказались рядом, Конс опять передал странное сообщение. Эти разрозненные послания соберут воедино лишь много позже, уже в наши дни.
А теперь переместимся в Карибское море. Аита побывал и здесь, причём дважды. Первый раз, в лице Томаса Кавано, родившегося в 1652 году. С детства он чувствовал, что не такой, как все: его донимали странные ощущения, галлюцинации и другие мучительные симптомы. Ему было суждено оказаться между двух огней, тамплиерами и ассасинами.
Повзрослев, Томас много ходил по морю и всё сильнее мучился видениями. В конце концов оба ордена его нашли, и, на его счастье, он попал к ассасинам. Они объяснили ему, кто он и в чём его сила, и направили на поиски так называемой Обсерватории. Найти её удалось: она стояла под защитой племени таино. Томас поладил с ними и прожил там до конца своих дней. Там он записал историю своей жизни, разложил обрывки по бутылкам и пустил их по волнам. Позже эти бутылки найдёт пират Эдвард Кенуэй.
Эдвард Кенуэй ввязывается в войну ассасинов и тамплиеров, когда убивает ассасина-предателя Дункана Уолпола. У того было при себе письмо с расположением всех бюро Братства в Вест-Индии и странный кубический флакон с каплей крови внутри. Рассчитывая выручить за это хорошие деньги, Эдвард переодевается в одежду Уолпола, забирает его вещи и направляется в Гавану. По дороге он выручает купца, чей корабль перехватил Королевский флот, и тот в благодарность довозит Эдварда до гаванского поместья, указанного в письме.
Назвавшись Дунканом, Эдвард знакомится с несколькими высокопоставленными тамплиерами, получает от них новые скрытые клинки и проходит символический обряд посвящения в Орден. Так и не разобравшись в происходящем, он уходит с обещанием, что деньги выплатят назавтра. На следующей встрече один из тамплиеров просит Эдварда сопроводить важного пленника, Бартоломью Робертса, который, как выяснилось, оказался очередной реинкарнацией Аиты, то есть Мудрецом.
Дальше Эдвард вместе с тамплиерами отбивается от ассасинов, Робертса бросают в темницу, а Эдвард узнаёт, что пленник нужен, чтобы открыть Обсерваторию, и заодно выясняет, в чём её секрет. Обсерватория это скрытое сооружение Первой Цивилизации в Лонг-Бэй на Ямайке: оно позволяло издалека следить за кем угодно, глядя на мир его собственными глазами. Работало так: флакон с каплей чьей-то крови помещали в Хрустальный череп внутри необычной сферы, и устройство проецировало всё, что человек видит и слышит.
Поняв, что это такое, Эдвард захотел нажиться. Чтобы выведать больше, он пошёл вызволять Робертса, но, пробравшись в темницу, нашёл лишь трупы стражи и пустую камеру. Тут появились другие тамплиеры, схватили самозванца и бросили в трюм корабля Испанского флота. Здесь Эдвард сходится с бывшим рабом Адевале. Они подняли бунт и угнали бриг, который потом он назовёт «Галкой». Обманутый тамплиерами, Эдвард начинает на них охоту.
Соратница Кенуэя, ассасинка Мэри Рид, что временами выдавала себя за мужчину, пыталась уговорить его примкнуть к Братству. Кенуэй помог ассасинам отбить нападение Королевского флота на их штаб-квартиру, но Ментор изгнал его за прежние проступки. Всё равно Кенуэй выручал местные бюро ассасинов, отражал атаки тамплиеров и брал контракты на убийства.
Мэри не оставляла попыток убедить Кенуэя, что он идёт неверным путём. Лишь после её гибели в тюрьме Порт-Ройяля он окончательно встал на сторону ассасинов; к тому времени в Братство уже вступил Адевале. По наводке Ментора в 1722 году Кенуэю назначили три цели: Мудреца Робертса, губернатора-тамплиера и Великого Магистра тамплиеров. Робертса он убил, губернатора тяжело ранил, а Магистра настиг во время штурма Обсерватории, передав и сам комплекс, и Хрустальный череп под защиту ассасинов. На прощание Кенуэй предложил карибским ассасинам в качестве базы собственный остров. Где-то ещё в том же XVIII веке Обсерватория обрушилась, и ассасины намеренно засыпали руины, чтобы ни место, ни его сила больше никому не достались.
У Адевале был свой путь. В 1735 году Братство отправило его капитаном «Виктуар» убрать французского адмирала, служившего тамплиерам. Задание он выполнил, но на обратном пути шторм разбил корабль у Порт-о-Пренса, и бывший раб оказался в Сан-Доминго, самой жестокой рабовладельческой колонии Карибов. Там он сошёлся с маронами Огюстена Дьефора и с Бастьен Жозеф, державшей публичный дом «Дама в розовом». Следующие два года Адевале захватывал невольничьи суда и освобождал людей сотнями, а в июле 1737 года убил губернатора Пьера де Файе его же клеймом для рабов.
После всех этих событий Эдвард впервые встречает родную дочь Дженнифер, осиротевшую после смерти матери от оспы. Он забирает дочь и возвращается на родину, в Британию. Там он улаживает старые дела, находит новую возлюбленную и дом. У Кенуэя рождается сын, Хэйтем. Эдвард учил его владеть мечом, подарил небольшую саблю, которой разрешал пользоваться лишь по особому случаю, прививал ему понятия справедливости и умение взвешивать чужие доводы.
Долго прожить рядом с отцом Хэйтему не довелось. Однажды пятеро наёмников ворвались в дом Кенуэев, убили Эдварда и служанку, похитили Дженнифер и подожгли дом. Спаслись только Хэйтем с матерью, и помог им Реджинальд Бёрч, тот самый тамплиер, что последние два года входил в доверие к Эдварду и сам же подстроил нападение. Позже Бёрч завербовал Хэйтема, и тот пошёл служить тамплиерам. Приказы Ордена он выполнял, но своё чувство справедливости и собственное мнение сохранял всегда. Много лет спустя, например, он вместе с другом Холденом вызволил похищенную сестру из османского плена, а позже, уже в другой раз, взял шато Бёрча под Труа, где организатора налёта добила уже сама Дженнифер.
В британских колониях Северной Америки Хэйтем искал сам главный Храм Ису: ключ к нему он добыл ещё в Лондоне. По следу он вышел на коренную жительницу по имени Каньехтио (Газидзио), пошёл за ней, а потом помог ей справиться с солдатами и их командиром, которые собирались согнать индейское поселение с земли. Командиром оказался тамплиер Эдвард Брэддок, по удачному совпадению тот самый, что когда-то подослал наёмников на дом Кенуэев. Хэйтем его убил и снял с пальца тамплиерский перстень. Вскоре после этого он нашёл вход в Великий Храм Ису, но ключ к двери не подошёл и врата не открыл. Каньехтио успела к нему привязаться, и следующие несколько недель они провели вместе.
В эти же годы в колониальном Братстве под началом Ахиллеса Дэвенпорта служил ирландец Шэй Кормак. В 1755 году его отправили в лиссабонский храм Предтеч за очередным артефактом, и стоило Шэю снять с пьедестала звездообразную деталь, как под городом началось землетрясение. Первого ноября Лиссабон перестал существовать, погибли тысячи. Шэй потребовал прекратить раскопки храмов, Братство не послушало, и тогда он выкрал манускрипт Войнича, по которому ассасины эти храмы и находили. Уходя, он получил пулю от собственного товарища и упал в океан. Его выходили, а в Орден тамплиеров привёл полковник Джордж Монро; посвящал Шэя уже Хэйтем Кенуэй.
Дальше Шэй методично выбил бывших соратников: в 1758 году у Вьей-Карьер он смертельно ранил Адевале, в 1759 в Нью-Йорке убил Хоуп Дженсен, в 1760 добрался до де ла Верандри и Лиама О’Брайена. В марте того же года в арктическом храме Хэйтем прострелил Ахиллесу голень и оставил жить: это Шэй уговорил пощадить Ментора, чтобы тот разнёс по Братству весть, чем кончаются игры с храмами. К 1763 году тамплиеры дочистили колониальных ассасинов подчистую, а Ахиллесу позволили доживать век в поместье Дэвенпорт, хромому и одинокому: жену и сына он похоронил ещё в 1754 году, оба умерли от тифа. Сына звали Коннор.
Вернёмся к Хэйтему и Каньехтио. От их союза на свет появился Радунхагейду. Мальчик рос в племени матери без отца, а отец тем временем продолжал служить тамплиерам и воевать с ассасинами. Когда Радунхагейду было четыре, он играл с другими детьми в прятки за околицей и случайно наткнулся на тамплиеров, одного из которых звали Чарльз Ли. Его оглушили, но не тронули, а очнувшись, мальчик увидел своё поселение в огне и смертельно раненную мать.
Из-за этого Радунхагейду, позже взявший имя Коннор, решил, что за гибель деревни в ответе Чарльз Ли с товарищами. Прав он был или нет, канон так прямо и не говорит. А то, что огонь забрал его мать, потом и толкнёт юношу добиваться справедливости для своего народа и бороться с тиранией везде, где встретит её. Ещё девять лет Радунхагейду живёт в поселении, не понимая, почему его народ не уйдёт в другое место.
Однажды Матерь Клана позвала его к себе, достала из сундука Хрустальный Шар (отдельную Частицу Эдема, похожую на Яблоко, но не Яблоко), который её клан получил от древнего воина почти тысячу лет назад, и сказала, что их народу поручено хранить тайну этих земель. Стоило Радунхагейду взять Шар в руки, как он попал в Нексус Времени. Юнона провела его в «путешествие» духом, придав ему облик орла, и рассказала, что нынешний путь юноши ведёт к гибели его народа и деревни, а потому подсказала, кого ему надо найти.
Этим человеком оказался Ахиллес Дэвенпорт, мастер-ассасин в отставке. Несколько месяцев Радунхагейду учится у него боевым искусствам и там же получает прозвище «Коннор». Позже Ахиллес едет с Коннором в Бостон, где они случайно сталкиваются с Великим Магистром колониальных тамплиеров, отцом Коннора, Хэйтемом. После этого Коннор берётся тренировать новых рекрутов и примыкает к революционному движению против британской зависимости, к Континентальной армии.
Небольшое отступление. За «древним воином», передавшим Хрустальный шар, стоит вполне конкретное имя: Эйвор Варинсдоттир. Около 875 года она шла по следу Горма Кьётвессона, который увёз Шар в Винланд и рассчитывал освободить им Юнону. Эйвор настигла его в лагере у того самого Великого Храма, забрала артефакт и оставила на попечение Конвахавишон, женщины из местного клана. Там Шар и пролежал почти девять веков, пока Матерь Клана не достала его из того самого сундука.
Вскоре Коннор знакомится с Джорджем Вашингтоном, только что назначенным главнокомандующим Континентальной армии, спасает его от тамплиеров и даже объединяется с собственным отцом против общего врага, Бенджамина Чёрча. Тот предал обе стороны разом, переметнувшись к британцам с армейскими припасами: для Хэйтема он изменник Ордену, для Коннора вор, обкрадывающий революцию. Коннор успел повоевать в нескольких крупных битвах с британцами и стал заметной фигурой в борьбе Северной Америки за независимость.
В итоге Коннор всё-таки добрался до Чарльза Ли, правой руки Хэйтема и одного из виновников гибели его матери. Но Хэйтем спас Чарльза и дал ему уйти, и Коннору пришлось схватиться с собственным отцом и убить его. Примерно через год Коннор находит Чарльза Ли, уже принявшего титул Великого Магистра тамплиеров. После короткой погони и взаимных ран они сходятся в таверне, где Коннор и убивает Ли. Спустя ещё какое-то время он участвует в финальной битве Континентальной армии, что закрепила независимость Соединённых Штатов.
После этого Вашингтон встретился с Коннором и показал ему Яблоко Эдема. Стоило обоим к нему прикоснуться, как оно спроецировало им видение возможного будущего: иную реальность, где Вашингтон пристрастился к силе Яблока и объявил себя Королём Северной Америки. Ужаснувшись увиденному, главнокомандующий отдал Яблоко Коннору, а тот утопил его в океане.
Пока Коннор воевал на севере, южнее шла своя война. В Новом Орлеане, только что отошедшем от Франции к Испании, работала Авелина де Гранпре, дочь французского купца и рабыни. В Братство её привёл наставник по имени Агате, а противостоял ей «Человек Компании», глава луизианских тамплиеров, скупавший людей на плантации и в поисковые партии. Им оказалась мачеха Авелины, Мадлен де л’Иль. Искали обе стороны одно: Диск Пророчества, артефакт Первой Цивилизации, спрятанный в сенотах Чичен-Ицы. В 1777 году Авелина ненадолго сошлась с Коннором в Нью-Йорке, а под конец того же года перебила весь луизианский Орден прямо на церемонии посвящения. Имя стоит запомнить: через двести с лишним лет её память будет читать Субъект 1, первый испытуемый «Анимуса».
Америка своё отвоевала. Но пример, который она подала, дорого обойдётся Старому Свету — во Франции начнётся своя революция. Впрочем, об этом будет рассказано в следующей части.
